18:56 

Мукуцуны и гокуцуны

Lkv
Как обычно, фики по Реборну в одной куче.

Первый - старый...

Название: Одной царапины хватит (рабочее, которое рабочим и останется)
Персонажи: Мукуро/Цуна (8YL)
Рейтинг: PG-13
Жанр: ? беседа ироничная
Размер: драббл
Саммари: слова о предательстве Савады для Мукуро уже давно пустой звук. Но его несказанно злит, если кто-то еще это знает.

Больше всего на свете Мукуро любил одно – играть. Он играл всю свою жизнь, он играл со всеми. С друзьями, которые были ему не нужны, с врагами, которые были ему интересны. Он играл с единственной девушкой, которая любила его. И еще с одной – которая любила его деньги. С теми, кого знал сто лет. С теми, кого видел впервые.
И как всякий хороший игрок, он терпеть не мог, если его разоблачали…
Савада Цунаёши устало потирал переносицу и смотрел в разложенные на столе бумаги. Три острых зуба, блестящие прямо перед его лбом, казалось, были невидимы для него.
– В чем дело, Десятый? – с издевкой спросил Мукуро, опуская оружие. – Тяжелый денек, да?
– Да, – почти сразу ответил тот.
Он как будто не слышал чужой иронии.
– Настолько, что ты не понимаешь, в какой опасности был пару секунд назад?
Савада вздохнул:
– Я правда устал, Мукуро.
И это прозвучало так, словно он был вернувшимся с работы отцом, а Мукуро – соскучившимся по играм ребенком.
Досадная сцена…
– Дай-ка сюда, – в бумаги Савады пренебрежительно ткнули пальцем. – Помогу.
– Да? – наконец закономерное удивление.
Мукуро любил удивлять. Мукуро умел удивлять. Лучше всех – так он считал.
– Ну, возьми, пожалуйста – Савада протянул ему листы, и Мукуро, недолго думая, разорвал их в клочья. – Что ты делаешь?! – теперь возмущение загорелось в его взгляде.
Гораздо, гораздо приятнее, чем та снисходительность, с которой началась их встреча.
– А ты думал, я действительно помогу? – улыбнулся Мукуро. – Знаешь, что меня больше всего поражает в тебе? Твоя наивность, – он сделал паузу, любуясь робкой растерянностью, нарисовавшейся на лице Савады. – Если кто-то, бывший твоим врагом, объединяется с тобой в союз, то это непременно от большого раскаяния. И совсем не для того, чтобы нанести удар в спину…
– Это ты сейчас про себя говоришь? – поинтересовался Савада.
– Не все ли равно?
– Нет, – возразил он. – Если ты намекаешь мне на кого-то из недавних союзников, то я готов выслушать все твои подозрения. А если ты говоришь про себя, то… – и тут Савада тоже сделал паузу. Улыбнулся: – То тут мне бояться нечего.
– Уверен? – тихо переспросил Мукуро.
Со дна души поднималось раздражение. То самое, которое запросто мог вызвать в своих врагах и союзниках он. И которое мало кто пробуждал в нем самом.
– Уверен, – коротко ответил Савада.
– Да ну? И тебя не смущает, что сегодня ты был не так уж далек от того, чтобы расстаться с собственным телом? – он промолчал. – Помнишь, да? Одной царапины вполне хватит.
– И что же тебе помещало нанести ее?
– Еще не время, – уклончиво ответил Мукуро.
– А когда же оно настанет? – улыбка Савады раздражала. – Прошло уже больше восьми лет.
– А что, так не терпится?
Тот откинулся в кресле. Закрыл глаза.
– Ладно… Я действительно очень устал, Мукуро. Давай продолжим как-нибудь в другой раз?
Опять мерзкое снисхождение.
– Не смей говорить так, как будто это игра, – Мукуро встал, словно и вправду собирался оставить Саваду в одиночестве, но вместо этого вновь приблизил острия трезубца к его лицу.
Холодная сталь тонко легла на кожу. Вздрогнув, Савада открыл глаза.
– Что? Все еще похоже на игру? – зло усмехнулся Мукуро.
Но испуг в карих глазах быстро сменился уверенностью. Секунда, одно движение – и кончик лезвия рассек кожу на скуле. Розовеющий порез налился багрово-красным, и по щеке поползла капелька крови.
– Что ты… – прошептал Мукуро, запоздало отдергивая руку.
Это Савада повернул голову чуть влево. Специально. Нарочно. И теперь глядел на своего гостя с триумфом.
– Черт, – выплюнул тот. – Думаешь, ты выиграл?
– Так мы все-таки играем? – поддел Савада.
Мукуро досадливо молчал.
– Теперь ты можешь захватить мое тело. Помнишь, да? – в чужих устах прозвучали его недавние слова: – Одной царапины хватит.
Мукуро любил удивлять. Мукуро умел удивлять. Лучше всех – так он считал… Но почему-то теперь Савада Цунаёши, которого он помнил еще маленьким пугливым мальчишкой, покрыл все его карты, заставил испугаться, разозлиться, а сам был спокоен. Как черт знает кто.
– Прости, – устало извинился тот, поднимаясь. – Но мне надо отойти. – И он протянул руку, прощаясь.
Рука у него была смуглая и тонкая, как у девушки. Задумчиво сжимая ее в ответном рукопожатии, Мукуро навязчиво думал о том, что проиграть человеку, у которого рука так похожа на девичью и который с ног до головы вылитый простак, он точно не может.
– Я пойду? – неуверенно спросил Савада, потому что Мукуро не спешил его отпускать.
– А?.. – он поднял голову.
В глаза тут же бросилась та капелька крови – застывшая на полпути к подбородку Савады.
Мукуро любил удивлять…
– Что ты?!.. – послышался испуганный возглас Десятого Вонголы, когда вдоль пореза на его скуле прошелся влажный шершавый язык. Послышался и оборвался, превратившись сперва в мычание, а потом в тихий писк.
Кровь у Савады была сладкая. Кожа мягкая, а губы – вот жалость – сухие. Но теплые.
Оборвав поцелуй, Мукуро отклонил назад голову и с наслаждением отметил растерянность и испуг в глазах Десятого босса Вонголы.
– Кажется, только что я взял реванш, – он улыбнулся, но даже после этого разъяснения к Саваде не вернулся дар речи.
– Ах, точно, ты ведь собирался уйти? – Мукуро отпустил его плечи. И даже поправил галстук на шее. – Забыл уже?
– Точно… – растерянно пробормотал Савада и, неловко выбравшись из-за стола, двинулся к дверям, на приличном расстоянии огибая Мукуро.
«Ну и ну, – думал тот, с любопытством глядя ему в спину. – Какая скромность… Его, что ли, ни разу не целовал никто, кроме невесты?..»
А все-таки обнимать Саваду было чертовски приятно. Постояв в опустевшем кабинете еще чуть-чуть, Мукуро задумчиво улыбнулся. Поцелуи и объятья, если подумать – вполне приемлемая замена старой сказке о грядущем предательстве.
В конце концов, больше всего на свете он любил одно…
___________________

И относительно новое продолжение второго фика.

Название: Мой сосед Мукуро
Пейринг: Гокудера/Цуна < – Мукуро/Цуна
Рейтинг: PG-13
Жанр: юмор, сказка
Состояние и размер: миди, в процессе
Дисклеймер: права на героев принадлежат Амано Акире
Предупреждения: AU, общая атмосфера укуренности вокруг главного героя
Размещение: свободное
Описание: в поисках спокойного места для работы Гокудера переезжает в окраинный дом островного городка Намимори, но уже первый день его новой жизни омрачается знакомством с довольно наглым соседским котом. Раздражаясь вначале и на самого кота, и на его хозяина, Гокудера очень скоро проникается теплыми чувствами к последнему. Однако кот, оказавшийся не совсем обычным питомцем, категорически против такого поворота событий…
Примечания: 1) название фика – аллюзия на название фильма Миядзаки «Мой сосед Тоторо»; 2) возраст героев ~20 лет.

Окончание первой и начало второй части.

* * *
Следующее утро встретило Гокудеру громогласным звонком в дверь и полуденными лучами солнца.
«Черт, – понял, едва разлепив глаза тот. – Я проспал».
Книга, одолженная ему вчера Савадой, должна была вернуться в руки своего обладателя не позднее одиннадцати часов утра, чтобы после полудня быть готовой к демонстрации очередному покупателю.
Гокудера всегда отличался жесткой пунктуальностью. Гокудера всегда просыпался не позднее десяти утра. Кроме того, Гокудера всегда ставил будильник. И проспать он просто не мог… Однако примостившиеся на его тумбочке часы, высвечивающие ровно четверть первого, были совсем иного мнения.
Гокудера проспал.
– Черт… – простонал, хватаясь за голову, он и, не тратя времени на переодевание, ринулся к дверям.
Так подвести своим опозданием человека, с которым мысленно выстроил дружбу до гроба – что может быть хуже? Гокудера открыл дверь, пылая от стыда.
– О-о… – промямлил Савада, ожидающий на пороге. – Простите, Гокудера-сан…
– Кун!
– А, ну… Гокудера-кун… Я не знал, что ты был в ванной.
– Да я не был, – удивился Гокудера.
И с чего Саваде пришла в голову такая мысль?
Его гость между тем отвел глаза в сторону и сообщил, что подождать «каких-нибудь пять минут» ему ничего не стоит.
– Да что подождать! Заходите, Десятый! Простите, я не оправдал оказанного мне высокого доверия! – завелся Гокудера, в порыве раскаяния кланяясь соседу в пояс.
Последнее, к слову, было очень кстати. Потому что вмиг уничтожило все недопонимание.
– Я голый?! – прогремело над домом спустя мгновение.
– Ты… не знал? – выдавил еще более смущенный таким раскладом гость.
На это, впрочем, Гокудера не мог ничего ответить при всем желании. Он четко помнил, что ложился в постель, одетый в домашнюю одежду, твердо знал, что не страдает лунатизмом (а особенно – в такой малоприятной форме), и прекрасно понимал, что сама по себе одежда с человека за ночь исчезнуть не может. Но вот в чем была проблема – все это совсем не вязалось с произошедшем, и уж точно было неинтересно Саваде, судя по выражению его лица, уже записавшем Гокудеру в эксгибиционисты.
– Я… сейчас, – сдавленно сообщил гостю он, в скрюченной позе уносясь куда-то в дебри спальни.
– Хорошо, – донеслось неловкое с порога. – Я подожду здесь.
Не удостоив своего гостя ответом, Гокудера спешно забегал по комнате, выискивая невесть куда пропавшую одежду. На этом трагичном моменте следовало снова вспомнить, что пунктуальность у Гокудеры была поистине устрашающая и, возможно, уникальная в своем роде. Гокудера никогда не разбрасывал вещи. И уж точно не мог устроить такой бардак, который царил в его комнате теперь.
«Ебать-копать! – лихорадочно размышлял он, выуживая из кучи барахла в шкафу первые подвернувшиеся штаны. – Это что ж за ёбаный нахуй?!»
Прошло не меньше минуты, прежде чем он нашел (почему-то в коробке с надписью «посуда») футболку, и стал относительно готов к приему гостей. Растерянность, в которую окунул его хаос, непонятно откуда взявшийся в квартире, заставила позабыть о книге, которую и ожидал скучающий на пороге дома Савада. Только в коридоре вспомнив о ней, Гокудера, схватившись за голову, ринулся обратно. Отборная ругань сотрясла стены старого дома вторично – там, на столе, где опус великого Вонголы провел эту ночь, Гокудеру ждал еще один сюрприз…
Книги не было.
Застыв каменным изваянием, Гокудера в ужасе смотрел на пустую столешницу. А из-за прозрачного оконного стекла за ним наблюдали два разноцветных глаза.

* * *
На весть о пропаже Савада отреагировал так, как и подобает настоящему мужчине.
– О боже, – прошептал, съезжая по дверному косяку, он. – Это конец…
– Десятый… – дрожащим шепотом изрек Гокудера и съехал вслед за соседом. – Я знаю, что недостоин прощения…
– Ну что ты, Гокудера-кун, – бесцветным голосом отозвались с крыльца. – Со всяким бывает…
И на этом расплывчатом замечании Савада уставился вдаль таким взглядом, будто только что ему диагностировали рак мозга.
– Мяу! – донеслось между тем откуда-то сверху, и с глухим стуком на дощатый настил крыльца спрыгнул соседский кот. Наградив нерадивого поклонника Вонголы пронизывающим взглядом, кот резво побежал в сторону хозяина.
«Кошак…» – идентифицировал пушистого гостя Гокудера, и тут в голове мелькнула смутная догадка – этим утром, когда он спешно искал по всей комнате одежду, окно, прежде плотно закрытое и задернутое шторой, обдувало тёплым ветром.
А значит…
Гокудера смерил кота хмурым взглядом, а тот, поставив на колени хозяина передние лапы, ткнулся носом в его опушенное лицо.
– Мукуро?.. – растерянно спросил Савада, все это время пребывавший в неком подобии обморока.
Кот сочувственно мяукнул и полез лизать его губы.
– Мукуро, – с теплотой повторил Савада, обнимая ластящееся к нему животное.
Говорят, что кошки умеют жалеть от всего своего кошачьего сердца, но Гокудера, наблюдающий эту сцену из первых рядов, никак не мог разубедить себя в том, что Мукуро делает это назло ему, а разноцветные глаза его блестят потаенным злорадством.
– Мяу, – сказал кот, а Савада тяжело вздохнул.
– Знаю, – ответил он. – Будет непросто… – и эти слова как обухом ударили по голове Гокудеры.
Во всех красках перед ним предстала реальная картина происходящего – пока он ревновал к коту, очеловечивал кота и страдал прочими симптомами психического расстройства, прямо перед ним разворачивалась трагедия посерьезнее.
– Десятый… – прошептал он, пристыженный собственным идиотизмом. – Простите… Я обязательно найду ее!
Савада посмотрел на него – без укора, словно и не сердился вовсе. Стоило ли говорить, что это лишь преумножило чувство вины?
– Клянусь – найду! – выпалил Гокудера.
Кот, оставшийся без внимания обоих людей, раздраженно задёргал хвостом.
– Да, но… – Савада неуверенно повел плечами. – Покупатель, который должен приехать сегодня – мне нечего будет ему показать.
– Ну… вы покажете потом?
– Вряд ли он второй раз захочет тащиться в такую даль.
И это было сущей правдой. Намимори находился в самом заднепроходном отверстии всей Японии, и ехать туда ради одной книги, пускай даже ради первого издания «Бакенэко», согласились бы лишь единицы.
К таким единицам, к слову, относился сам Гокудера…
Денег у него, конечно, водилось не так уж много. Зато необдуманных поступков и решений на роду было хоть отбавляй.
– А давайте я куплю ее! – прозвучало спустя пару секунд еще одно необдуманное решение.
Гость долго глядел ему в глаза, будто не услышал этих слов, а затем тихо переспросил:
– Что?
– Я… куплю вашу книгу, – уже не так уверенно, как минуту раньше, произнес Гокудера.
– Ты же представляешь, сколько она стоит?
– Ну… да… нет… К черту! Сказал же, куплю – значит, все!
– Гокудера-кун, у тебя нет таких денег, – улыбнулся Савада. – Я же вижу, ты сказал не подумав.
– Ну…
– Да?
– Да, – сдался Гокудера, стыдливо шаря по крыльцу взглядом.
– Все в порядке, – поспешил успокоить его Савада. И даже сел ближе, сбросив на пол порядком разозлившегося кота. – Спасибо, Гокудера-кун.
Последние слова были так неожиданны, что Гокудера не сразу нашелся, что ответить.
– Вы за что меня благодарите? – удивленно выдохнул он. – Это же все из-за меня…
– Ну… за готовность помочь? – тот заметно смутился, потому что взгляд, который Гокудера, как ни старался, не мог оторвать от него, был полон самых разнообразных чувств. – Да и вообще… Может быть, это знак?.. Что мне не стоит продавать семейную реликвию? Ведь неправильно же это, да? Я должен раздобыть денег сам, по-другому.
– А зачем вам столько денег? – на автомате спросил Гокудера. И тут же одернул себя: – Ой, простите!
– Да все в порядке, – Савада перевел грустный взгляд куда-то в сторону. – Мне не так уж много нужно. Я задержал плату за дом на несколько месяцев, и теперь…
Но договорить ему не дали.
– Ты – идиот?! – воскликнул, хватая его за руку, Гокудера. – И только-то? И из-за этого ты такую книгу решил продать?! Да я тебе сам денег дам, сколько хочешь! Как такая хрень вообще пришла в голову?!..
Савада испуганно хлопал глазами и даже не пытался вырваться всё то время, пока Гокудера орал на него, как на нашкодившего ребенка. Только когда тишина, разогнанная криком, вновь воцарилась на их крыльце, он осторожно переспросил:
– Такая… хрень?
Гокудера залился краской:
– И-… Извините! Простите! Я… Я случайно! Вы не идиот, конечно, и не хрень, и не такая… и какая вообще хрень может быть у вас там… в голове, то есть…
– Гокудера-кун, – перебил Савада, тепло улыбнувшись, – спасибо.
– А? – растерянный, вздрогнул тот.
– Я могу взять у тебя взаймы, да?
«Ты можешь взять все мои деньги просто так!» – подумал Гокудера, бессловесно кивая.
– Спасибо, – повторил Савада и еще долго-долго смотрел на Гокудеру своими удивительно большими карими глазами.
«Красивый…» – подумал тот, с плохо скрываемым желанием разглядывая своего соседа – его тонкий нос, аккуратные губы, загорелую шею, по-мальчишечьи острое плечо, кота на плече, готовящегося к прыжку…
Тут Гокудера замер.
«Кот, готовящийся к прыжку?»

Через секунду на крыльце послышался очередной вопль.



II


Ямамото, обнаружившийся за дверью, поприветствовал хозяина раздражающе счастливой улыбкой.
– Черт… – выдохнул Гокудера. – И чё ж я в глазок никогда не смотрю?
– Да, это ты зря, – согласились с ним, – вдруг вместо меня пришел бы тот, кого ты не хочешь видеть?
И на сих словах, человек, которого Гокудера уже давно и безрезультатно не хотел видеть, протянул ему небольшую корзиночку с клубникой.
– Это еще что за хрень?..
– Подарок на новоселье!
– Я ненавижу клубнику.
Ямамото рассмеялся, словно последнее заявление было очень забавной шуткой, и, игнорируя явное нежелание хозяина впускать его в дом, пошел в коридор.
– А ты неплохо устроился! – доносились из глубин квартиры его комментарии. – Классная гостиная! Или кабинет… О, сортир! Я ненадолго… О, чертежи для твоего убежища? Ты все еще прикалываешься с этой штукой?
Тут он снова рассмеялся, а Гокудера вздохнул и поспешил следом.
– Быстро давай их сюда!
«И я, черт возьми, не прикалываюсь!»
Где-то спустя четверть часа, когда дом был полностью изучен и осмотрен, а смирившийся со своей участью Гокудера заваривал непрошенному гостю чай, Ямамото заметил:
– А что это у тебя с лицом?
– С лицом? – неохотно переспросил тот.
– Ну да. И с руками.
А с лицом и с руками Гокудеры было вот что:
– Да сраные коты…
– О-о-о! – многозначительно протянул Ямамото и, подумав, уточнил: – Ты завел кота?
Гокудера раздраженно выдохнул:
– Где ты увидел тут кота?
– Ну не знаю…
– У соседа моего кот.
– У тебя есть сосед?
Гокудера устало помассировал переносицу: не заметить соседский дом, стоящий бок о бок с его собственным, мог только Ямамото.
– Круто! – донеслось между тем от гостя. – Познакомишь, может?
– Вот еще, на всяких придурков человеку отвлекаться…
Ямамото простодушно замахал рукой:
– Да ладно, я же сам попросил, – и назидательно добавил. – Но не называй своего соседа придурком только потому, что его кот тебя поцарапал.
Гокудера уронил голову на стол.
«Вот придурок!»
– Клубнички? – успокаивающе предложил Ямамото, тыча ягодой в его опушенную голову. – Знаешь, ты не волнуйся. Кажется, я понял, в чем твоя проблема с этим котом.
– Правда? – удивился Гокудера.
Он даже поднял голову по такому случаю.
– Ну да! – радостно пояснили ему в ответ. – Думаю, кот просто тебя не любит.
В комнате повисла долгая пауза.

* * *
А между прочим, с тем, что кот не любил Гокудеру можно было поспорить. Потому что не менее красноречивы были доказательства тому, что кот Гокудеру не просто не любил, а люто и бешено ненавидел. Каждый раз, стоило только Саваде Цунаёши пригласить новоявленного соседа к себе и оказаться от него в приятной близости, кот возникал с поразительной быстротой и, что самое ужасное, не пойми откуда. Возникнув подобным образом, кот незамедлительно встревал между ними, и действовал по одной из следующих схем: 1) ластился к Саваде и привлекал к себе все его бесценное внимание (эта схема Гокудере не нравилась еще и тем, что к нему кот при этом поворачивался задом – не всегда чистым); и 2) нападал на непрошенного гостя, в виду чего уже после трех дней такого соседства гость был похож на подселенного в вольер к дикой рыси невротика.
Савада Цунаеши, бесконечно извиняющийся за своего питомца, уверял, что очень скоро Мукуро привыкнет к новому жильцу, но это «скоро» растягивалось на неопределенный срок, царапин на физиономии Гокудеры меньше не становилось, а постоянные взгляды, которые агрессивный кот бросал в его сторону, казались последнему наполненными самой что ни на есть человеческой ревностью.
«Конечно, коты ревнуют чужаков к своим хозяевам… – думал Гокудера, буравя животное недовольным взглядом. – Но ведь не так! И уж точно, коты не должны валяться на коленях своих хозяев столько часов в день, – прибавлял он. – А ночью они вообще должны бегать и мышей ловить. А не спать с кое-кем в постели… Постойте… Десятый ведь не берет эту шерстяную заразу в постель? Не берет же?..». И пока он задавал самому себе такие каверзные вопросы, кот, развалившийся на коленях его недоступного соседа, лениво подставлял подбородок под хозяйскую руку и щурился на Гокудеру так, словно хотел ответить: «Еще как берет, приятель!»
Без сомнения, будь Мукуро человеком, Гокудера уже давно бы его отметелил. Но Мукуро был котом… Наглым, эгоистичным черным котом. И все домыслы о человечности его кошачьей привязанности были беспочвенны и смехотворны.
По крайней мере, до той самой встречи с Ямамото…

* * *
Савада открыл им не сразу, так что Гокудере была отведена еще целая минута на то, чтобы засомневаться в разумности своего решения и в итоге счесть его полностью идиотским.
– Привет! – не дав раскрыть рта им обоим, выпалил Ямамото. – Ты сосед Гокудеры, да? Цуна вроде?
– Савада-сан! – громким шепотом поправил Гокудера.
«Вот ведь придурок бейсбольный!»
– А я – Ямамото, – не слушая его, протянул руку бейсбольный придурок.
Савада, застывший на пороге с немым вопросом во взгляде, порядком растерялся, но на приветствие ответил и незваных гостей впустил. А следом произошло то, что Гокудера счел верхом вселенском несправедливости и что, надо заметить, уже не в первый раз настигало его в присутствии Ямамото – за жалкие полчаса его гость сблизился с Савадой так, как не смог сблизиться с ним Гокудера более чем за неделю ежедневных соседских посиделок. Теперь они сидели на кухне, болтали о бейсбольном прошлом Ямамото, словно были закадычными друзьями, а Гокудера явственно ощущал себя бессловесным предметом декора. Или вот, к примеру, котом…
Хотя даже коту – и тому везло больше. Например, сейчас он преспокойно дрых на хозяйских коленях.
«Ублюдок», – подумал Гокудера, а кот приоткрыл желтый глаз, и через крохотную щелочку поглядел сначала на него, а затем – на Ямамото.
– А у тебя классный кошак! – не преминул случаем заметить тот. – Черный как уголь. Большая редкость, небось.
– Редкость, да? – удивленно переспросил кошачий хозяин. – Да не так уж мало их, черных кошек.
– Может, и нет, только все они обычно отливают коричневым на солнце, а твой – он именно черный. Красивый кот, – и Ямамото протянул к коту руку, на что Савада взволнованно затороторил:
– Погоди! Он не любит незнакомцев!..
Но предупреждение оказалось совершенно напрасным: Мукуро с готовностью подставил голову под руку чужака, и даже благосклонно заурчал в ответ на его неумелые поглаживания.
В этот момент Гокудера ни за что бы не смог разобрать, кого из этих двоих ненавидит больше.
– Ух ты… – восхитился меж тем Савада.
А Ямамото улыбнулся:
– Да ты мирный, оказывается, парень! – это он обратился к коту. – Недавно у тебя, наверное? – а это, конечно, к Саваде.
– Почему ты так думаешь?
– Ну как. Молодой вроде. Года три-четыре от силы.
Но на это хозяин торопливо замотал головой:
– Ты что! Он очень старый. Мне было лет пять, когда я подобрал его на улице.
– Пять лет?.. – Ямамото выглядел озадаченным.
– Но разве сейчас вам не двадцать? – встрял Гокудера.
«Господи, если не двадцать, я стану педофилом…» – пронеслось в голове не к месту.
Ответ, однако, полностью развеял все опасения:
– Конечно же, двадцать.
…И вынес на суд не менее интересные вопросы:
– Тогда коту должно быть больше пятнадцати! – воскликнули почти в унисон и Ямамото, и Гокудера.
Савада удивленно захлопал глазами:
– Ну да, – кивнул. – А что?
Он как будто бы не понимал, в чем дело. А престарелый кот, в столь солидном возрасте сохранивший прыть и гибкость трехлетнего молодняка, все так же наблюдал за гостями – и новыми, и старыми – из щелочки янтарно-желтого глаза.


@темы: юмор, фанфики, мистика/сказка, закончен, драббл, гранаты, в процессе, Цуна, Мукуро, Мой сосед Мукуро, Гокудера, Reborn, PG-13, AU

URL
Комментарии
2012-11-05 в 19:40 

[Инуяша]
ебать, как я люблю кактусы!
котэ коварно. цуна туп. канон, хуле.

знаешь, а ведь за этот фик тебя и засадить можно. да. ты того, этого... по-аккуратнее! :crazy:

2012-11-06 в 18:45 

Lkv
[Инуяша], если ты про тот закон, там только педофилия, наркотики и суицид) Так что мне бояться нечего, у меня все геи взрослые.

URL
2012-11-06 в 23:28 

[Инуяша]
ебать, как я люблю кактусы!
а, то есть зоофилию узаконили?

2012-11-07 в 02:21 

Lkv
[Инуяша], вряд ли, но можешь проверить) А мне бояться все равно нечего, у меня тут и зоофилии нет. Есть только влечение животного к человеку.

URL
2012-11-10 в 18:22 

~tim taller~ [DELETED user]
Спасибо за очень смешное продолжение), Гокудера все-таки кажется гораздо более странным, чем кот.

2012-11-10 в 18:31 

Lkv
~tim taller~, да кот вообще нормальный. Исключая тот факт, что он не кот)

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Аушный яой: фанфики и додзинси

главная